Она проплакала все глаза: как прошёл медовый месяц Чарльза и Дианы
Поместье Бродлендс и книги Чарльза Согласно воспоминаниям Дианы, все её надежды рухнули уже через два дня после свадьбы. Первая часть медового месяца пары проходила в семейном поместье лорда Маунтбеттена. Молодожёны прибыли туда утром, а вечером пришли заранее заказанные Чарльзом книги — собрание сочинений южноафриканского философа Лоренса Ван дер Поста. Семь томов, которые Чарльз каждый день читал вслух, ожидая, что сможет обсудить их содержание с Дианой. А та ждала внимания и плакала украдкой. Яхта «Британия» Вторая часть медового месяца прошла на борту королевской яхты. По словам биографа Китти Келли, принцесса взяла с собой в 14-дневный круиз по Средиземному и Эгейскому морям летние воздушные платья, зелёный бикини, который нравился её мужу, шесть атласных кружевных сорочек, несколько прозрачных неглиже. Она представляла, как они будут нежиться с супругом, покачиваясь на волнах. Чарльз же ожидал от путешествия другого, так что упаковал рыболовные снасти, книги по парапсихологии и пять научных монографий. Побыть вдвоем не было никакого шанса. На яхте кроме молодожён находились сотни людей, включая личную прислугу, членов экипажа и около 200 высокопоставленных гостей. Каждый вечер проходили ужины во фраках и вечерних платьях, играл военно-морской оркестр, а Чарльз и Диана в роли хозяев были обязаны развлекать публику и допоздна оставались на палубе. Диана всячески пыталась создать романтику и привлечь внимание мужа. Из воспоминаний моряка Филиппа Бенджамина: «Мы должны были вести себя как воздух, чтобы не беспокоить их. Смотреть только прямо и не заговаривать. Трудно, знаете ли, смотреть прямо, когда принцесса Уэльская бегает в своих ночных сорочках». Воспитанная на романах Барбары Картланд, принцесса Уэльская не так представляла себе медовый месяц. Но её супругу компания эссе современных философов нравилась куда больше, чем общение с молодой женой. Скука сменялась плачем, плач приступами гнева. Диана была в отчаянии, понимая, что надеждам на счастливый брак не сбыться. Чарльз — практик, в котором не было ни грамма романтики, — не понимал душевных терзаний Дианы. Когда его мысли о том, как её утешить, заканчивались, он отвлекался на живопись, рыбалку, охоту или чтение книг. Из книги «Герцогиня: нерассказанная история»: «Чарльз писал картину на веранде палубы «Британии», но потом отошел примерно на полчаса. Когда он вернулся, то обнаружил, что Диана уничтожила его картину и все материалы». К этому моменту приступы булимии стали уже неконтролируемыми. Они повторялись по четыре раза в день. «Я сжирала все, что могла найти, а через пару минут меня тошнило, я чувствовала себя подавленной, измученной. Ну и конечно, это провоцировало перепады настроения: только что ты счастливая, и вот уже прячешь глаза», — рассказывала принцесса своему биографу Эндрю Мортону. Камилла была рядом Чарльз при любом удобном случае звонил Камилле, отлучаясь то и дело во время ужина или светских бесед. Хотя бывшая Чарльза уже восемь лет была замужем за Эндрю Паркером Боулзом, принц Уэльский звонил ей даже со Средиземного моря. «Чарльзу было необходимо находиться в постоянном контакте с Камиллой, иначе он не мог нормально функционировать, — рассказал камердинер принца Стивен Барри в книге «Хроники Дианы». — Без ежедневного телефонного звонка он становился нервным и раздражительным». Весь медовый месяц с Дианой принц Чарльз носил подарок Камиллы — запонки Chanel с переплетенными буквами С (с них начинаются имена Charles и Camilla). Когда Диана увидела их в первый раз, она устроила сцену. Но Чарльз спокойно ответил: «А что не так? Это подарок от друга». Диана ревновала. Она рассказывала, что ей снятся кошмары, и в них всегда была Камилла. «Она стала моей одержимостью», — признавалась принцесса Уэльская. Балморал и драка молодожёнов К тому моменту, как Чарльз и Диана присоединились к остальным членам семьи в шотландском поместье Балморал, уже было заметно, что Диана находится в глубокой депрессии. Приступы булимии повторялись всё чаще — принцесса Уэльская стала нарушать протокол, убегая из-за стола прямо посреди ужина. Диану раздражало всё, что любил Чарльз: его бесконечные занятия живописью, садоводство, игры в поло, долгие прогулки с собаками и лошадями, из-за которых она чувствовала себя одинокой. Она не разделяла его интереса к архитектуре, медицине, экологии и даже давала ему саркастические прозвища вроде «мальчик-чудо» и «Великая белая надежда». В довершении всего в Шотландию приехал тот самый философ Лоренс ван дер Пост, к которому Чарльз обратился, обеспокоенный срывами Дианы. Тот посоветовал Чарльзу показать супругу психиатру. Но от лечения принцесса Уэльская отказалась, уверенная, что причиной её проблем являются попытки королевской семьи свести ее с ума. Пиком неудавшегося медового месяца стал грандиозный скандал и драка в фамильном поместье Спенсеров — Элторп. Отец Дианы пригласил Уинстона Черчилля (внука премьер-министра Великобритании сэра Уинстона Черчилля — прим. ред.) отобедать с ним и отвел его в гостевую комнату, которую специально отремонтировал к приезду Дианы и Чарльза в конце их медового месяца. Как вспоминал политик, было похоже, что в спальне произошла бойня. «Следы воды на новых зеленых обоях, сломанное кресло, разбитое зеркало… В то время мы с женой списали это на обычную ссору между влюбленными. Но подозреваю, что именно тогда Чарльз впервые рассказал Диане о возобновлении романа с Камиллой», — позже писал Черчилль.